Кровавая весна  - Дем Михайлов

— Живей! Живей! — грохотал Рикар, буквально таща их за собой и не давая задуматься и принять решение. Учитывая их состояние крайней усталости, сопротивления ему почти не оказывали.

Пять шагов между нами. Три. Два… и они прошли дальше, миновав закованную в металл страхолюдину. И тут же вздрогнули, когда с верхних ступенек поднялось еще два черных воина в глухих шлемах, освобождая дорогу и чуть отводя в сторону взведенные арбалеты. Ниргалы всегда наготове. И не знают промаха.

Проводив взглядом дорогих гостей, я посмотрел на уже начавший подниматься подъемник. Скоро прибудет очередная партия. В наших рядах пополнение. Радостное событие.

Да и мои люди возрадуются возвращению священника. Он как сгусток света, вернувшийся в наше темное царство.

Со следующими новыми людьми спустился и Литас, на секунду притормозив около меня и приглушенно выпалив:

— Обошлось, кажись, господин. Не начал старче буянить.

— Кто знает, — задумчиво ответил я. — Может, у него просто сил не осталось сопротивляться. А вот как немного оклемается…

— Он знал, — не сдержался и перебил меня охотник. — Мы его как увидали, так и говорим: «Господин наш приболел чуток». А он нам в ответ: «То не болезнь, то тьма кромешная. Ведаю я, не тужьтесь во лжи». Так вот и поговорили… Откуда только он прознал? Может, Стефий и раньше птичек почтовых привечал?

— Это вряд ли, — усмехнулся я. — Но и я узнать не откажусь, откуда святому отцу столько всего известно. Не Создатель же ему на ухо нашептывает? Но это потом. Литас, как новоприбывших обустроите, сразу ко мне с докладом. Сколько их всего, кто из них кто. И остальных сюда же, поговорим о раннем утре.

— О раннем утре?

— Потом узнаешь, — отмахнулся я. — Да! И Стефия сюда же тащите, как он больных обиходит. И не забудьте позаботиться, чтоб с ними неотлучно были наши люди.

Коротко кивнув, Литас умчался к пристройке, что-то пробормотав про «оружие изъяли, но все ли?»

Это уже было излишним, но я не стал вмешиваться. Если я и боялся чего, то только магии или святой силы. Холодное оружие меня беспокоило не настолько сильно. А еще меня волновали упомянутые «святые братья». Очень интересно, насколько они отличаются по силе от опытнейшего Искоренителя Ереси.

Проклятье… опять к нам попали одни только голодные рты, не привезя с собой практически ничего. Сомневаюсь, что в заплечных мешках найдется много инструмента, оружия или зерновых культур…

А еще, по совсем непонятной причине, я не мог оторвать взора от спины священника, с которой свисала обычная тряпичная сумка. Мое внимание просто притягивало к этому предмету.

Еще через мгновение мое удивление усилилось, когда перед самой пристройкой святой отец резко остановился и вялым жестом ткнул рукой в сторону, прямо туда, где я обычно проводил свои бессонные ночи — в углу, образованном стыком построенной нами стены и природной скалой. Несмотря на увещевания и подталкивания спутников, отец Флатис дернул плечами, развернулся и качающейся походкой упрямо зашагал к выбранному месту. Через порог, ведущий в тепло и уют, он так и не переступил. Следом за ним бросился Стефий и все еще не известный мне парень с седыми волосами, снова подхватившие ведущего себя странно священника и принявшие на себя его тяжесть. Но направление не изменилось. Спустя десяток секунд отец Флатис опустился на лежащее в грязи бревно, на его плечи накинули походное одеяло, Стефий засуетился у давнего кострища, явно собираясь разжечь огонь.

Что за?!..

Больной старый человек, едва не выкашливающий свои легкие, решительно отказался от теплой постели. Закутался в наверняка сырую тряпку и сидит на холодном бревне, в окружении ледяного на ощупь камня.

Либо мои глаза обманывают меня, либо отец Флатис спятил, либо же я о чем-то не знаю.

И я вновь вспомнил о совершенно обыденной старой походной сумке, которую святой отец сейчас бережно уложил рядышком и нет-нет поглядывал на нее, будто сумка могла убежать.

Постояв и поглядев на эту странную картину, я принял решение.

Час.

Ровно столько я дам священнику, после чего нагряну с дружеским визитом. Если до того момента болезнь окончательно его не доконает.